Критика Докинза

Докинз, ты не прав?
Книга Ричарда Докинза «Бог как иллюзия» в своё время (в русском переводе с 2009 года) наделала много шуму. «Эту книгу должен прочитать каждый», - писал британский журнал The Economist, а  один из самых популярных американских журналов Reader’s Digest (тираж 10500000 на 21 языке) присвоила Докинзу титул «Автор года». Конечно, мнения публики разделились. Восторженному приёму книги одними противостояло неприятие её другими. Такая книга не могла не вызвать резкой критики со стороны людей верующих, и эта критика особо интересна, ибо именно она может вскрыть несостоятельность книги и взглядов Докинза и показать возможность другого подхода. Прошло уже достаточно времени, чтобы все высказались, и можно посмотреть, что же в итоге.
В своей книге Докинз касается очень многих аспектов религии, даёт им оценку и предлагает свои решения, приводит массу примеров в обоснование своих утверждений. Далеко не всегда они достаточно обоснованы, и выводы подчас недостаточно подкреплены научными фактами. Это делает книгу Докинза весьма уязвимой для критики, чем воспользовались его противники. Но если критики объективны и хотят говорить по существу, то они в первую очередь должны были бы сосредоточиться на главном в книге Докинза.
Основная идея книги - это отрицание существования любого Бога или богов: «Я не нападаю на определенный тип бога или богов. Моя мишень — бог, все боги, все сверхъестественное, где бы оно ни было или ни будет изобретено». Докинз пытается доказать отсутствие «любого бога или богов», рассматривая факт существования Бога как гипотезу, достоверность которой оценивается как любая научная гипотеза: «Либо бог существует, либо нет. Это — научный вопрос; в один прекрасный день мы можем узнать на него ответ, а пока допустимо высказать веское мнение о его вероятном содержании». Но можно ли рассматривать вопрос существования Бога как научную гипотезу? Ведь методами науки нельзя доказать как его отсутствие, так и его существование. Метод науки: наблюдение явления, гипотеза, эксперимент, независимая проверка и так далее. Религия же вне эксперимента, вне проверки, вне научно достоверной повторяемости. Сам Докинз неоднократно утверждает, что отсутствие Бога недоказуемо. Но можно, по его мнению, оценить вероятность обоснованности такой гипотезы. Он утверждает и пытается доказать, что вероятность существования Бога исчезающе мала.
Можно было бы ожидать, что именно эта позиция будет атакована критиками в первую очередь. Однако, сражения не случилось, т.к. религиозные оппоненты Докинза вообще отвергают научный подход к проблеме, разделяя мышление на научное и религиозное, и относя вопросы о существовании Бога к сфере религиозного мышления.
«Сфера науки — исследование природы, сфера Бога — духовный мир, в котором бессильны инструменты и язык науки» (Фрэнсис Коллинз: «Доказательство Бога. Аргументы ученого»). И далее: «Если Бог есть, то находится вне природы, поэтому Его невозможно познать с помощью инструментов науки».
Преподаватель Московской духовной академии священник Олег Мумриков: «Докинз совершенно не желает видеть различия смыслов в понятии «доказательство» в философско-богословском (шире — гуманитарном) и естественно-научном (логико-математическом) аспектах». И далее, он (Докинз) «априори отрицает все остальные формы человеческого познания, в том числе и религиозного опыта».
И ещё: «При чтении книги больше всего разочаровывает то, что Докинз ни в каком отношении не рассматривает религиозное мышление серьезно» (Ален Орр: «Мисия, которую следует изменить»).
И в заключение: «Христианское прочтение мира не отрицает ничего, о чем говорят нам науки, за исключением натуралистской догмы, что реальность ограничена тем, что может быть познано посредством естественных наук» (Алистер МакГрат: «Является ли «научное богословие» интеллектуальным нонсенсом? Диалог с Ричардом Докинзом»).
Отказываясь вступать в полемику на научном поле, оппоненты Докинза, тем не менее, выдвигают свои доказательства существования Бога, причём небогословского характера. Одно из основных доказательств, Нравственный закон, исходит от Клайва Стейплза Льюиса. Впрочем, с некоторыми вариациями идеи Нравственного закона высказывались и ранее. Но Льюис о Докинзе даже не слыхал, т.ч. правильнее обратиться к Фрэнсису Коллинзу, горячему последователю Льюиса и прямого оппонента Докинза. Нравственный закон, или «закон о правильном поведении» состоит в том, что «понятие о добре и зле свойственно всем представителям рода человеческого». «Но является это знание добра и зла природным качеством человека или оно внедрено в нас культурными традициями?» вопрошает Коллинз и безоговорочно отвергает предположение о культурных традициях. А если Нравственный закон свойственен всем людям, то очевидно, что он пришёл к людям из единого источника, которым является Бог. Здесь суть Нравственного закона изложена двумя строчками, а у Льюиса и Коллинза он излагается и аргументируется на десятках страниц. Желающие могут всё это прочитать.
Если вдуматься в Нравственный закон, то по сути он сводится к тому, что добро это то, что человеку полезно и приятно, а зло - вредно и неприятно. С таким подходом Нравственный закон способен увести далеко от нравственности. Вот довольно длинная цитата от Колинза:
«В некоторых своеобразных культурах Нравственный закон может проявляться и в диких уродливых формах — таких как сожжение ведьм в Америке XVII в. И все-таки, как становится ясно при пристальном изучении, даже эти явные отклонения должны рассматриваться не как несоблюдение, а как соблюдение закона, только при ошибочном понимании того, что есть добро, а что — зло. Тому, кто твердо верит, что ведьма — это воплощение самого Зла и земной посланец дьявола, жестокость по отношению к ней будет казаться оправданной».
При таком понимании Нравственного закона геноцид евреев в фашистской Германии это всего лишь ошибочное понимание того, что есть добро, а что — зло. Евреи есть зло, значит можно и нужно их уничтожать. А мусульманский терроризм, это добро или зло, и привнесён он культурными традициями мусульман и воспитанием, или же дан Богом? Примеров можно привести много, и Нравственный закон от этого не становится убедительнее.
Следующий аргумент Коллинза (и некоторых других авторов) и один из главных примеров действия Нравственного закона (по его мнению) — «альтруистический импульс, зов совести, силу, которая повелевает нам помогать другим, даже не получая ничего взамен. Милосердие, или бескорыстный альтруизм — главная трудность для эволюционистов». Смелое и бездоказательное утверждение. Докинз в своей книге довольно подробно рассматривает феномен альтруизма, ищет его истоки в естественном отборе: «Случается, и не так уж редко, что гены эгоистично обеспечивают собственное выживание, программируя организмы на альтруистическое поведение. … Ген, программирующий организм безвозмездно помогать своим кровным родственникам, с большой вероятностью тем самым помогает размножению собственных копий». Можно искать и другие объяснения этого феномена, но недопустимо утверждать, что «бескорыстный альтруизм — главная трудность для эволюционистов».  Естественно, Докинз не представляет исчерпывающих и неопровержимых доказательств действия естественного отбора в формировании альтруизма. Для этого необходимы дальнейшие детальные и серьёзные исследования, которые на сегодня ещё не проведены. Но аргументировать свою позицию, опираясь на «белые пятна» в науке, как это делает Коллинз, для Коллинза-учёного странно, тем более что он сам осуждает такой подход. Следует отметить, что Коллинз со своей стороны не предоставляет какие-либо исследования в обоснование своей точки зрения, хотя как учёный должен был бы это сделать. Впрочем, ставить это в вину Коллинзу было бы неправильно, ибо он отрицает научный подход к проблемам религии. Вместе с тем, пытаясь доказать существование Бога, Коллинз фактически сходит с платформы религиозного мышления на мышление научное. Действительно, Коллинз вслед за Льюисом опирается в своих рассуждениях на изучение культур различных народов разных эпох. На основе этого он делает вывод, что существует Нравственный закон, который дан людям свыше, а не является следствием воспитания или врождённых особенностей человеческой психики. Очевидно, что это в своей основе научный подход, но осуществлённый крайне непрофессионально, без строгого отбора фактов и их анализа.
Вызывает некоторое недоумение утверждение Коллинза, что «Нравственный закон действует только у людей». Животные прекрасно знают и понимают, что для них добро, и не только для них, а что зло. Собака готова защищать хозяина, ибо на отлично понимает, что для хозяина плохо и опасно. На это способна даже кошка (в интернете был интересный ролик, на котором кошка защитила ребёнка от собаки). А любители животных могут много рассказать, о самых разных проявлениях этого понимания, в том числе и в форме альтруизма. В этом плане особо интересны исследования Франс де Валля («Истоки морали»), подтверждающие наличие определённой «морали» и альтруизма у животных, выявляемых путём наблюдения за животными и посредством специально организованных экспериментов.
Ещё один подход к доказательству существования Бога основан на рассмотрении антропного принципа. Суть его в том, что возникновение жизни, да и самой вселенной в известных нам формах возможно только при соблюдении многих условий. Например, так называемые физические константы должны лежать в весьма узком диапазоне значений, сама Земля должна располагаться в весьма ограниченной области пространства, обеспечивающей условия для возникновения и существования на ней жизни и многое другое. Коллинз хорошо и подробно всё это разбирает. Его определение: «Общий вывод о том, что Вселенная «настроена под людей», именуется антропным принципом».
Если бы физические константы и другие условия возникновения и существования известной нам вселенной выбирались случайным образом из всего возможного множества значений, то вероятность существования нашей вселенной была бы не просто мала, а совершенно неосуществимой. Отсюда делается вывод, что вселенную создал Бог и он заранее побеспокоился, чтобы константы и всё другое было таким, как оно есть.
«То есть произошло именно то, что требуется для образования атомов и молекул. Как могло такое в высшей степени маловероятное событие произойти без запланированного акта творения? Каким образом массы элементарных частиц возникли именно в таких соотношениях, что стало возможным существование нашего мира, состоящего из атомов и молекул? Каким образом природные силы (тяготения, электромагнитные силы, сильные и слабые внутриядерные взаимодействия, а также таинственная «темная энергия», пронизывающая пространство) обладают именно такой величиной, которая позволяет поддерживать Вселенную в стабильном состоянии – она не спадается и не взрывается, причем настолько долго, что в ней успевает зародиться жизнь? Трудно представить себе, что все это произошло по воле случая» (Амир Ацель: «Почему наука не отрицает существования Бога»).
Несостоятельность таких рассуждений в том, что без всяких оснований предполагается очевидным, что значения основных констант и строение вселенной может быть произвольным, и их можно и нужно выбирать, и кто-то выбирал. Но возможна и другая точка зрения: в механизме вселенной все шестерёнки взаимосвязаны, и только в таком виде весь механизм может успешно работать. С момента Большого взрыва игра пошла по определённым правилам, которые с неизбежностью привели к возникновению известной нам вселенной. Природа такова, какой мы её знаем. Но такая постановка вопроса резко осуждается защитниками религии. Можно и астрофизические теории попытаться приспособить к обоснованию существования Бога: «Большой взрыв прямо-таки вопиет о сверхъестественном объяснении. Непонятно, как природа могла бы сама себя создать. Для этого необходима сила, находящаяся вне времени и пространства» (Коллинз). А создавала ли природа сама себя? Разве нельзя предположить, что природа существовала и до Большого взрыва, но мы не знаем и не понимаем, как это происходило и как выглядело? Или следует предположить (непонятно почему), что до Большого взрыва был только Бог и никакой природы? Физики надеются, что вскоре будет создана единая теория, которая даст полное описание вселенной. Ожидается, что на основе этой теории будут найдены ответы на большинство вопросов возникновения и развития вселенной. Впрочем, история свидетельствует, что это не первый случай таких надежд, но каждый раз выяснялось, что новые открытия открывают дорогу не к всеобъемлющим ответам, а к новым ещё более сложным вопросам. Но в любом случае наука оставляет дверь открытой для дальнейшего изучения природы, для новых открытий, а религия, имеющая уже сотни лет готовый ответ на всё, так и остаётся на том же месте.
АленОрр: «Почему, например, Докинз не озабочен своим собственным (большим) допущением, что как вещество, так и законы природы могут приниматься просто как данное? Почему это не вызывает вопросов?» А почему это должно вызывать вопросы? Наука изучает природу и её законы. Она ищет объяснения в построении моделей, позволяющих описать явления природы, найти взаимосвязь между ними, делать выводы, вытекающие из этих моделей. Но никакие модели вселенной, даже если они позволят описать весь известный и неизвестный нам мир, не смогут ответить на вопрос: «А почему этот мир с его законами существует?» Сам вопрос исходит из неистребимой убеждённости людей предполагать, что всё существует и происходит по какой-то известной или неизвестной нам причине. Такая убеждённость очень понятна. Человек живёт в мире, в котором всегда действуют в большей или меньшей мере понятные причинно-следственные связи. Но это недостойный для учёного повод, чтобы утверждать существование Бога, который всё создал. Тем не менее: «Христианские апологеты утверждают, что «лучшее объяснение» мира - то, которое говорит о нем как о действии Бога Творца.  … вера в Бога обладает объясняющей жизненностью» (Алистер МакГрат). Впрочем, при определённой направленности убеждений даже сама теория эволюции свидетельствует о существовании Бога: «То, что эволюция осуществляется на основе определенных принципов, само по себе было косвенным подтверждением божественного вмешательства в этот процесс» (Алистер МакГрат).
Попытки доказывать существование Бога, апеллируя к научным знаниям несколько странны со стороны лиц, которые отвергают возможность и право науки решать проблемы Бога. И в то же время, это естественно. Если бы религия не опиралась на действительность, на явления и факты окружающего человека мира, то такая религия не смогла бы существовать. Искусно переплетая явления реального (физического) мира с религиозными представлениями религия строит мир, в котором физический мир и религиозный сливаются в один. Этот мир верующие принимают за единственно существующий, а неверующие делят на два мира, реальный и выдуманный.
Критики Докинза дружно обвиняют его в незнании теологии. Повидимому они предполагают, что знание теологии позволило бы Докинзу избежать ошибок и заблуждений в отношении существования Бога. Этого можно ожидать, если согласиться со словами Льюиса: «Слово «теология» означает «наука о Боге». Но уж сами-то критики, видимо, теологию знают. Однако никаких весомых теологических аргументов, которые бы разрушили все построения Докинза, не приводят. Во всяком случае, высказывания: «Докинз написал книгу, явно, даже вызывающе явно, обывательски-отсталую», «Большая часть критики Докинза нацелена на соломенное чучело и проходит мимо фундаментальных основ научного богословия», «многие из его философских экскурсов заслуживают разве что пера второкурсника, хотя, пожалуй, это было бы чересчур несправедливо по отношению к второкурсникам», «любой минимально образованный читатель может изумиться дремучей неосведомленности автора в библейско-богословских вопросах, на которые легко может дать ответ каждый семинарист» и ряд других не менее хлёстких высказывний - не являются доказательствами чего-либо, кроме как  свидетельства раздражения авторов таких высказываний, неспособных оспорить Докинза по существу.
Верующие оппоненты Докинза обоснованно утверждают, что наука не может ответить на многие «почему», но искренне уверены, что «религиозное мышление» на эти вопросы отвечает. В качестве ответа предлагается простое, по их мнению, утверждение, что так создал вселенную Бог, и предполагается, что ответ получен. На самом деле вопрос остался, но теперь нужно объяснять, что такое Бог и как он мог сотворить вселенную. Впрочем, ту-то и начинает работать теология, которая объясняет всё, ничего не объясняя.
А может никаких аргументов теология и не имеет? Может верно высказывание Ильи Смирнов («Извилистые дороги к храму»), что теология «это дань средневековой традиции»?
Не включаясь в дискуссию о существовании Бога, следует отметить, что критики Докинза не преуспели в доказательствах. Все доказательства свелись к двум направлениям: всяческое поношение Докинза как неуча и человека недалёкого и на попытки доказательств, исходя из достижений науки и их интерпретации. В качестве косвенного доказательства привлекаются ссылки на мнение известных учёных и утверждение, что большинство учёных верят в Бога. Но доказывает ли это что-либо кроме того, что многие учёные веруют? Впрочем, Докинз тоже грешит такими «доказательствами», но он-то человек недалёкий, чего от него ждать? А против него выступают профессора, доктора, преподаватели известных университетов, лауреаты всяческих премий, авторы многих книг.
В главе 4 Докинз пытается доказать «Почему бога почти наверняка нет». Содержание главы раскрывается словами Докинза: «В этой главе я собираюсь показать, почему дарвиновский естественный отбор — это единственное известное решение загадки появления информации, которую по-другому объяснить нельзя. Показать, что это гипотеза бога пытается получить вещи задаром. Это бог желает лакомиться бесплатным сыром, сидя снаружи мышеловки, и вдобавок одновременно быть этим сыром. Какой бы статистически невероятный объект мы ни пытались объяснить при помощи «разумного творца», сам «творец» при этом будет, как минимум, настолько же невероятным». По сути дела глава посвящена доказательству, что дарвиновской теории эволюции путем естественного отбора достаточно, чтобы объяснить создание всего живого, включая и человека, без привлечения «гипотезы Бога». Кроме того, обсуждается антропный принцип и некоторые другие вопросы. Всё это достаточно интересно и может укрепить в уверенности, что вселенная могла возникнуть и без вмешательства Бога.
Для человека, который далёк от "религиозного мышления", эта уверенность может служить
доказательством, что вероятность гипотезы существования Бога чрезвычайно мала. Но верующего человека все эти рассуждения не в чём убедить не смогут (см. цитаты выше).

Интересно отметить, что Докинз всё же признаёт, что наука не может однозначно доказать отсутствие Бога. А его противники нисколько не сомневаются, уверены на все 100%, что Бог существует, и особых доказательств для этого не нужно. Если же доказательства всё же приводят, то привлекают элементы научного мышления и оперируют достижениями науки. Но почему-то никаких доказательств методами религиозного мышления не приводят. У верующих противников Докинза не хватает смелости и честности признаться, что однозначных и неоспоримых доказательств существования Бога у них нет, а есть просто вера, которая живёт в них. Основной аргумент верующего человека – сама вера, внутренняя убеждённость. И верующего и неверующего одинаково волнуют вопросы: «… почему возникла Вселенная? В чем смысл человеческого существования? Что случается с нами после смерти?» (Фрэнсис Коллинз). Для любого человека «…потребность быть причастным к «бесконечному существованию» - очень сильная и важная. Неустранимая» (Илья Смирнов «Извилистые дороги к храму»). Верующий человек ищет и находит ответ на эти вопросы в существовании Бога, для атеиста такого простого ответа нет. Верующий человек верит не потому, что ему доказали существование Бога, а потому, что эта вера живёт в нём и по сути доказательств не требует. Верующий человек чувствует присутствие Бога в своей душе и во всём. Если вы готовы удовольствоваться «религиозным мышлением», то это один путь. И он ведёт прямиком к признанию существования Бога. Если же вы попытаетесь прийти к Богу через научное мышление, апеллируя к здравому смыслу, то у вас мало шансов преуспеть, разве только вы будете крайне некритичны к доказательствам на этой платформе.
Решайте сами, что Вам нужнее и ближе.

Почему наука не отрицает существование Бога

Амир Ацель: «Почему наука не отрицает существование Бога?»

А. Ацеля представляют, как математика, доктора наук. Но эта его книга никак не может быть принята как научный труд, или, хотя бы, как аргументированное исследование учёного. Нет в ней и глубокого анализа проблемы. Это научно-популярная книга с претензией на научность. И всё же, прочитать книгу А. Ацеля может быть интересно. Разделы, которые описывают развитие физики, противостояния церкви и науки, особенности современной физики, рассказывают о возникновении религии, об археологических находках, подтверждающих достоверность некоторых сведений из Ветхого Завета, достаточно интересны. Несомненно, интересны сведения о становлении и развитии теории эволюции, о спорах вокруг неё. Впрочем, уместно заметить, что по всем этим вопросам имеются куда более полные и содержательные работы, тоже научно-популярные. При чтении книги так же следует иметь ввиду, что хотя А. Ацель как будто бы стремится только лишь ответить на вопрос: «Почему наука не отрицает существование Бога?», в действительности он активно стоит на позиции креационизма и, используя нерешённые проблемы науки, стремится доказать существование Бога. Само по себе это не может осуждаться, но можно осуждать автора за попытку представить себя лицом объективным и непредвзятым.
В преддверии к книге А. Ацеля приводится высказывание Йена Теттерсхолла: «Если бы все подобно Амиру Ацелю понимали, что научный и религиозный способы познания принадлежат к разным и не соперничающим друг с другом формам человеческого опыта, то наш мир был бы намного более приятным местом для жизни». Действительно, А. Ацель придерживается именно такой точки зрения. Однако он никак не объясняет, почему религию можно отнести к способу познания. Более того, он подробно и интересно рассказывает, как наука, познавая мир, шаг за шагом теснила религию. Каждое новое знание заставляло религию после жестокого сопротивления уступать и переходить на новые позиции. В настоящее время религия (вместе с ней и А. Ацель) зацепилась за «большой взрыв», а именно за то, что наука не может ничего сказать о времени, предшествующем «большому взрыву», о том, как и почему вселенная формировалась в первые мгновения после «большого взрыва», причём именно так, чтобы возник мир, который мы знаем, и о том, откуда всё взялось, т.е. из чего возникла наша вселенная. Вопросов много, и с каждым новым шагом науки будут появляться новые вопросы. Но А. Ацеля волнуют и интересуют не сами вопросы и проблемы науки, а возможность приспособить их к обоснованию своей позиции. Принимая идею «большого взрыва», он легко переходит к неочевидному утверждению, что раз был «большой взрыв», то значит было начало, а следовательно был и есть Бог, который всё это запустил. Этот аргумент в различных вариациях известен давно, еще со времён Фомы Аквинского, но от этого он не становится убедительнее.
Вроде бы А. Ацель принимает учение об эволюции, но фактически ставит его под сомнение, отыскивая и выставляя вопросы, на которые, по его мнению (именно по его), теория эволюции ответить не может. Здесь уместно напомнить, не вступая в спор с А. Ацелем, что современная церковь, если не принимать во внимание фундаменталистские течения, признала эволюцию механизмом развития жизни, приведшем к возникновению человека (см. послание Папы Римского Иоанна Павла II к Папской академии наук от 22 октября 1996 года).
И теперь уместен другой вопрос: если мы признали «большой взрыв» и эволюцию, то в чём состоит вклад религии в познание? Сегодня наука достигла определённого предела в познании мира, но что может сказать нового религия о мире за достигнутым наукой пределом? И ещё вопрос, почему признание научного и религиозного способов познания равноценными сделает жизнь на Земле куда более приятной? Только потому, что принизит роль науки и возвысит роль религии?
А. Ацель неоднократно вступает в полемику с Р. Докинзом («Бог как иллюзия»). Ацель крайне раздражается и выходит за рамки академического спора, цепляется к мелочам, искажает позицию Докинза, хотя по существу ничего не может ему противопоставить. Докинз не отрицает существования Бога, как утверждает А. Ацел, а постулирует, что гипотеза отсутствия Бога куда более вероятна, чем гипотеза существования Бога. Обосновывает он своё мнение тем, что достижения современной науки со всё большей достоверностью доказывают, что вселенная и жизнь могли возникнуть и без божественного вмешательства. Ацель же заявляет, что такое разделение вероятности совершенно недопустимо, что вероятность должна быть 0.5 на 0.5, и что это свидетельствует в пользу доказательства существования Бога. Однако никаких веских аргументов в пользу своего утверждения он не приводит, кроме того, что если не знаешь действительного значения вероятности, то, принимая вероятность исхода равной 0.5, в меньшей мере рискуешь совершишь ошибку. Говорит он это другими словами, но суть именно такая. Можно ли это признать веским доказательством по существу вопроса? Но такого доказательства не может быть, и ссылки на Г. Джеффриса, Д. Бокса и на другие авторитеты ничего не меняет. Повидимому, выбор величины вероятности существования Бога зависит только от внутренней убеждённости человека и никакими научными методами эта вероятность вычислена быть не может.
А теперь к главному вопросу: «Почему наука не отрицает существование Бога?». Книга Ацеля отвечает на этот вопрос утверждением, что наука просто оказалась не в силах найти аргументы в пользу такого доказательства. За одно проводится мысль, что доказательства существования Бога все же имеются. Действительно, наука не отрицает существование Бога. И происходит это не потому, что у неё нет аргументов, а потому, что методами науки нельзя доказать как его отсутствие, так и его существование. Метод науки: наблюдение явления, гипотеза, эксперимент, независимая проверка и так далее. Религия же вне эксперимента, вне проверки, вне научно достоверной повторяемости. Единственное, что есть в религии, это внутренняя убеждённость в её правоте и непогрешимости. И в запрете сомневаться в её правоте. Хорошо, что ныне еретиков не сжигают, да и то не всюду не сжигают. Попробуйте проповедовать атеизм в Саудовской Аравии и узнаете, насколько более приятной станет Ваша жизнь.